Неточные совпадения
Кажись, неведомая сила подхватила тебя на крыло к себе, и сам
летишь, и все
летит:
летят версты,
летят навстречу купцы на облучках своих кибиток,
летит с обеих сторон
лес с темными строями елей и сосен, с топорным стуком и вороньим криком,
летит вся дорога невесть куда в пропадающую даль, и что-то страшное заключено в сем быстром мельканье, где не успевает означиться пропадающий предмет, — только небо
над головою, да легкие тучи, да продирающийся месяц одни кажутся недвижны.
Летят над мрачными
лесами,
Летят над дикими горами,
Летят над бездною морской...
Скачет злодей Малюта во дремучем
лесу, смотрят на него пташки, вытянув шейки,
летят над ним черные вороны — уже близко Поганая Лужа!
Высота полета зависит от вышины
леса: вальдшнепы всегда
летят над самыми верхушками дерев.
Ванька судорожно вздохнул и опять уставился на окно. Он вспомнил, что за елкой для господ всегда ходил в
лес дед и брал с собою внука. Веселое было время! И дед крякал, и мороз крякал, а глядя на них, и Ванька крякал. Выпало, прежде чем вырубить елку, дед выкуривает трубку, долго нюхает табак, посмеивается
над озябшим Ванюшкой… Молодые елки, окутанные инеем, стоят неподвижно и ждут, которой из них помирать? Откуда ни возьмись по сугробам
летит стрелой заяц… Дед не может, чтоб не крикнуть...
Утки
летели над сжатыми полями,
над пожелтевшими
лесами и
над деревнями, полными хлеба в скирдах; оттуда доносился людской говор и стук цепов, которыми молотили рожь.
Гордо поднимали свои пирамидальные вершины столетние поседевшие ели; воздушными стрелками, как готические башенки,
летели прямо в небо молодые бархатные ели, и, широко раскинув свои могучие ветви, светло-зелеными шапками поднимались
над всем
лесом старые листвени.
Пролетал
над лесом ангел с белыми крылами и увидел он белочку своими зоркими глазами, и так она ангелу понравилась, что решил он сделать белочке подарок:
полетел в райские сады и сорвал там золотой орешек, какие бывают только на Рождество на елке, и принес его белке-беляночке.
Хорошо бы всю жизнь сидеть здесь на скамье и сквозь стволы берез смотреть, как внизу под горой клочьями бродит вечерний туман, как далеко-далеко
над лесом черным облаком, похожим на вуаль,
летят на ночлег грачи, как два послушника — один верхом на пегой лошади, другой пешком — гонят лошадей на ночное и, обрадовавшись свободе, шалят, как малые дети; их молодые голоса звонко раздаются в неподвижном воздухе, и можно разобрать каждое слово.
Постояв немного; они, ни слова не говоря друг другу, выходят из села и глядят на темную полосу
леса. Всё небо
над лесом усеяно движущимися черными точками — это грачи
летят на ночлег… Снег, кое-где белеющий на темно-бурой пашне, слегка золотится от солнца.
Большие, черные, мохнатые, гладкие трутни, один великолепнее другого, появлялись из летка и, вместо того чтобы, как простая пчела, тотчас же
лететь через забор в
лес и луга за кормом, тотчас же тут же взвивались кверху, заворачивали кругом и, как орлы, носились
над ульями.